Лого

Проституция: преступление без наказания или наказание без преступлениия?

Проституция существавала всегда и везде в особенности в странах, принимающих эмигрантов. Причина этому, с одной стороны, социальные и экономические сложности эмиграции, ведущие к росту преступности и, в частности, к проституции; c другой – бизнес, возможность ввоза «живого товара» из стран исхода. Истории известны многие тому примеры: еврейская проституция в Аргентине в начале девятисотых, русская проституция в Европе и в Турции после семнадцатого года, проституция, разделенная по этническому признаку эмигранток в США с начала образования страны и до наших дней.
Ничего нового не произошло и в Израиле в начале девяностых. Заявления о том, что «русские» привезли в Израиль проституцию в корне неверны. «Королями» этого бизнеса изначально были израильтяне, многие из которых к началу девяностых успели создать империи. Именно они занимались расширенной вербовкой «работниц» среди новоприбывших. И именно у них начинали работать в качестве подручных и компаньонов многие будущие русские криминальные боссы. Но вскоре новые победили старых, и постепенно подмяли под себя рынок. Хотя некоторые местные боссы и продолжали занимать не последние позиции, но они уже полностью зависели от своих русских партнеров.

«Г» – иракский еврей, немного говоривший по-русски, являвшийся в начале девяностых ключевой фигурой в организации проституции в Хайфе, решив быть независимым от русских поставщиков, отправился в Венгрию на вербовку девушек из клиники для душевнобольных. Но после встречи с венгерской полицией, обратный билет в Израиль «Г» использовал только через восемь лет.

Если вначале к желающим работать в Израиле девушкам, предъявлялись эстетические требования, то вскоре привозить стали всех желающих. Тут спрос превышал предложение, а там — наоборот. Одним из объяснений успеха организации проституции в Израиле был факт сочетания демократической системы государства со спецификой Востока. С одной стороны либеральность судебной системы, с другой — неукротимая потребность рынка.

В бизнесе участвовали криминальные структуры, как на территории бывшего СССР, так и в Израиле. Нередкими были случаи подкупа израильских должностных лиц – полицейских и работников МВД.

Оперативный работник из Акко, «А», являлся компаньоном владельца публичного дома. Неоднократно полицейские обвинялись в получении взяток или в участии привоза проституток, хотя надо заметить, что слухи на тему криминальной связи полиции с проституцией были утрированы.

Полицией был арестован работник МВД Нацрат-Илита, который обеспечивал поставку фиктивных израильских паспортов. Из филиалов министерства внутренних дел в различных городах страны похищались большими партиями бланки удостоверений личности, которые впоследствии подделывались и передавались привезенным нелегально проституткам. Ходили слухи о взаимодействии криминала с работниками израильских посольств на территории СНГ.

Заявления, что девушек привозили обманным путем, очень преувеличены. Безусловно, единичные факты имели место. Но основная масса четко знала, куда и зачем они едут. Разочарованием являлись условия труда. Вместо ожидаемой красивой жизни у приехавших отбирались паспорта, КЗОТ на них не распространялся, условия проживания были далеко не фешенебельные. Но многим из приезжающих на более поздних этапах это было уже известно заранее. Некоторые, выдворенные из страны, по два-три раза возвращались назад по поддельным документам.

Израильская пресса того времени сильно искажала действительность, раздувала страсти вокруг этой темы и создавала предвзятое мнение о репатриантах, хотя основную массу в этом бизнесе составляли незаконно прибывшие и находившиеся в стране по поддельным израильским документам гражданки СНГ.

На одном из судебных процессов по поводу продления ареста незаконно находящихся в стране и задерженных за проституцию туристок из Молдавии присутствовал корреспондент одной из центральных израильских газет. Поинтересовавшись через переводчика у одной из арестованных кто она по специальности, услышал кокетливый ответ: «Я врач». По внешнему виду девицы было абсолютно ясно, что в ПТУ, где она училась, медицина не входила в список обязательных дисциплин. Попытки обяснить это корреспонденту результатов не дали, и на следующий день появилась статья о том, как врачи из России едут в Израиль заниматься проституцией.

Несмотря на баснословные доходы, жизнь у сутенеров была непростая. Часто возникали проблемы с полицией, разборки с собратьями и с бандитами. Их арестовывали, их резали, в них стреляли и кидали гранаты. Работниц часто переманивали или просто похищали. Это был сплошной детективный фильм. Тут были свои начальники генштабов, своя контрразведка, свои бойцы.

Посторонние в этом деле не удерживались. Были известны случаи, когда человек далекий от криминала, наслушавшись слухов о сладкой и обеспеченной жизни владельцев заведений, залезал в баснословные долги, чтобы начать бизнес. Нередко это кончалось тем, что приобретенные девушки под давлением более серьезных конкурентов меняли место деятельности, а когда неудавшийся хозяин пытался предьявить претензии, тут же появлялись жалобы в полицию о том, что бывший владелец пытается силой заставить их заниматься проституцией. Зачастую довеском шли показания об избиении или об изнасиловании. И у вчерашнего беспечного человека начиналась новая жизнь — тюремная. Угрызения совести девицы вряд ли испытывали. Профессия накладывала отпечаток на характер.

Проституция была единственным видом преступности, о котором полиция имела почти полную информацию, хотя в целом заняла позицию невмешательства и проявляла себя только тогда, когда подавались жалобы или были иные оперативные цели. Сутенеры же быстро освоили правила игры, мастерски обводили курирующие их службы вокруг пальца и использовали их в своих интересах.

С начала двухтысячных полиция стала более агрессивна к этому виду криминала, что привело к его снижению. Появившийся закон об уголовной ответственности за торговлю живым товаром несколько увеличил количество израильских заключенных. К успешному расследованию части этих дел опять-таки привела конкурентная борьба между поставщиками.

Девушки, давшие на следствии показания против своих работодателей, получают разрешение оставаться в Израиле до конца судебного процесса, и государство обеспечивает их местом проживания. Некоторые, оставшись без хозяина, получившие от государства временный статус, да еще и место жительства, продолжили работать по специальности, но уже на себя. Суды, как известно, быстро не кончаются. Есть время и заработать, а иногда и замуж выйти и уже остаться в стране на законных основаниях. Лучшего стимула для этих свидетелей обвинения трудно придумать. Вопрос лишь в том – насколько материальная заинтересованность влияет на правдивость показаний этих девушек?

Один из «отцов» этого бизнеса высказал любопытную мысль, заслуживающую, на мой взгляд, внимания. По его теории проституция снижает количество сексуальных преступлений и зачастую препятствует распаду семей и выполняет многие другие социальные функции. Ликвидация же проституции может привести к последствиям, похожим на те, которые наступают после грубого вмешательства человека в природу.