Алекс Раскин. Law Office. Israel

Казалось бы о светофорах все знают все. Но практика показывает, что это далеко не так.

С.Л. обвинялся в проезде перекрестка на красный свет светофора. Долго не раздумывая, он заявил судье: «Я проехал на мигающий зеленый!». Обвинение тут же отреагировало и доказало, что на данном светофоре фаза мигающего зеленого сигнала отсутствует вообще.

С.Л не знал, что мигающий зеленый сигнал присутствует только на светофорах, находящихся на дорогах, где разрешенная скорость более 50 км/ч. Иными словами – на загородных дорогах, а также на тех участках городских дорог, где поднят предел ограничения скорости. На светофорах, установленных в других местах обычно за зеленым, безо всякого мигания, непосредственно следует желтый сигнал светофора. Продолжительность горения зеленого мигающего сигнала светофора– 2,5 секунды.

Желтый сигнал светофора является запрещающим. Но в случае, если желтый свет зажегся в тот момент, когда водитель находится на таком расстоянии от перекрестка, которое не позволяет остановиться без резкого торможения, а, следовательно, и возможного создания аварийной ситуации, продолжение движения не будет считаться нарушением. Продолжительность горения желтого сигнала светофора – 3 секунды.

Часто в судебных заседаниях по обвинению в проезде на красный свет светофора, водитель заявляет, что проехал на желтый сигнал. Такого рода заявление без объяснения всех обстоятельств дела, рассматривается судом, как признание вины.

Распространена ситуация, когда водитель стоит на красном свете, а сзади пожарная машина или скорая помощь мигалками и сиреной требует пропустить ее. Соседние ряды заняты другими автомобилями и часто водители выезжают на перекресток, совершая аварию.
Вполне возможно, что судья примет такую ситуацию, как смягчающее обстоятельство, но ни «скорая помощь», ни пожарная машина не уполномочены заставить водителя совершить нарушение правил и тем более аварию.

Вместе с тем ситуация меняется, если сзади стоит полицейская машина. У полицейского (в отличие от водителя «скорой помощи» или пожарного) имеются полномочия давать те или иные указания участникам дорожного движения. Поэтому если полицейский через динамики говорит: «Езжайте вперед, освободите дорогу!» — то можно двигаться на красный. Но по-прежнему, в случае совершения аварии, водитель будет нести ответственность.

В одной из ситуаций А. Г. остановился на перекрестке, подчиняясь красному сигналу светофора. Полицейский, ехавший сзади, скомандовал ему выехать на красный свет и уехал. Находившиеся поблизости общественные полицейские не слышали команд своего коллеги, но зато хорошо видели, что водитель проехал на красный свет. Это судебное дело длилось несколько лет и, конечно, А.Г. был оправдан, но здоровья это ему стоило немалого.

Очень часто водитель обвиняется в проезде на красный свет только на основании показаний одного полицейского. При этом, как правило, заявления обеих сторон являются взаимоисключающими. Очень часто в подобных ситуациях считается, что полицейский является человеком нейтральным и у него нет интереса говорить неправду. Между тем как у водителя этот интерес есть — он желает избежать наказания. И именно благодаря такому мнению «вес» слов водителя становится чуть меньшим, а слов полицейского – чуть большим, что и нарушает равновесие весов правосудия в пользу обвинения. В таком случае, единственная возможность для водителя доказать свою невиновность- показать суду, что в показаниях полицейского существует какой-либо «пробой».

Н.Е. обвинялся в проезде на красный свет. В основу обвинения легли показания полицейского, который заявил, что въехал на перекресток с перпендикулярного Н.Е.направления на зеленый свет, следовательно, для Н.Е. горел красный. Судья согласился с защитником, что полицейский не видел какой был сигнал светофора в направлении движения водителя, а составил протокол только на основании логического вывода. Не исключена возможность, что вывод этот является ошибочным и светофор был попросту неисправен.

Очень часто фиксированием проезда на красный свет занимаются два полицейских: один находится перед перекрестком, второй – за перекрестком. Первый полицейский фиксирует нарушение и передает по рации второму, который и останавливает за перекрестком нарушителя.
В судебном заседании против Б.Ц. было установлено, что первый полицейский передал второму: «Останови белую «Мазду», которая к тебе приближается!». Б.Ц. заявил, что около него ехало несколько автомобилей, один из которых был тоже белой «Маздой»

В рапорте, составленном на месте, первый полицейский не указал, что от момента нарушения и до момента задержания он постоянно держал автомобиль-нарушитель в поле своего зрения, и убедился, что второй полицейский остановил именно этот автомобиль. Судья принял позицию защиты, согласился с тем, что не исключена возможность, что полицейский ошибся и оправдал Б.Ц.

В одном из дел слова полицейского о том, что автомобиль выехал на перекресток на «полный красный свет» вызвали у суда сомнение в их достоверности. Значит, существует еще и какой-то «неполный красный» или «не совсем красный»? Результатом сомнения суда явилось оправдание водителя.

 В уголовном деле о автодорожной аварии основное доказательственное значение принадлежит заключению эксперта.  

  Больше

Среднестатистический водитель не стремится к встрече с дорожным полицейским, чего не скажешь о самом полицейском. Иногда остановленный водитель уныло соглашается с претензиями полицейского, а иногда считает их необоснованными.

Больше

Одним из самых тяжких транспортных правонарушений является обвинение в неоказании помощи пострадавшему водителем, участвующим в аварии. Обвинение по этой статье транспортного законодательства предусматривает лишение свободы сроком до девяти лет и лишение водительских прав на срок минимум три года.
Больше